Résultats de "Anonymus" dans Toutes les catégories

У себя на родине сказки Шахразады в разных социальных слоях издревле встречали разное отношение.

Наверное только дети умеют не просто слушать сказки, но проживать их вместе с героями, примеряя на себя поочередно все роли. Кто из девочек не мечтал стать принцессой, и какой мальчик не представлял себя сказочным принцем, одним махом расправляющимся со всеми злодеями.

В фольклоре каждого народа сказки занимают отдельное место. От поколения к поколению с помощью сказок передают мудрость своих народов, уклад их жизни, традиции и обычаи. Отсюда и происходит своеобразие и неповторимость сказок у каждого народа.

О процессе пополнения сборника сказок "Тысячи и одной ночи" мы можем судить по сообщению библиографа X века ан-Надима, который рассказывает, что старший его современник, некий Абд-Аллах аль-Джахшияри - личность, кстати сказать, вполне реальная - задумал составить книгу из тысячи сказок "арабов.

Веселые и грустные, страшные и смешные, они знакомы нам с детства. С ними связаны наши первые представления о мире, добре, зле и справедливости. С точки зрения житейского смысла, они наивны, с точки зрения жизненного опыта - глубоки и неисчерпаемы.

В сказках возможно все. Только здесь можно за одну ночь построить дворец и хрустальный мост, соткать ковер и побывать на балу. Сразиться с Кощеем и разбудить Спящую красавицу. Да мало ли что можно еще успеть.

Сказки любят и взрослые и дети. Они вдохновляют писателей и поэтов, композиторов и художников. По сказкам ставят спектакли и кинофильмы, создаются оперы и балеты. Именно со сказками связаны наши первые представления о добре и зле, хитрости и честности, смелости и трусости.

При исследовании "Тысячи и одной ночи" каждую сказку надлежит рассматривать особо, так как органической связи между ними нет, и они до включения в сборник долгое время существовали самостоятельно.

Сказки "Тысячи и одной ночи" принадлежащие к той или иной группе, родившись в определенной социальной среде, естественно имели в этой среде и наибольшее распространение.

Сказка учит смелости, доброте и другим хорошим человеческим качествам, но делает это без скучных наставлений, просто показывает, что может произойти, если человек поступает не по совести. Сказка развивает эстетическое чувство.

Последним компилятором сборника "Тысячи и одной ночи" был неизвестный по имени ученый шейх, который составил в XVIII веке в Египте наиболее позднее по времени собрание сказок "Тысячи и одной ночи".

Предназначая эти сказки исключительно для взрослых, переводчик остался верен стремлению показать русскому читателю "Книгу тысячи и одной ночи" такой, как она есть, и при передаче непристойных мест оригинала.

Все мы помним сказки, которые читали нам на ночь наши мамы и бабушки. Прошло уже много лет, но мы без труда узнаем их по отдельным словам, образам или персонажам. Безусловно, волшебные сказки Братьев Гримм и Вильгельма Гауфа из числа тех самых, узнаваемых и любимых.

В венгерском фольклоре сказка является одним из самых старых жанров. Интересно, что первоначально их рассказывали не детям, а взрослые друг другу во время совместной работы. Наиболее содержательными и интересными в Венгрии можно назвать волшебные сказки.

Великолепен язык многих сказок сборника "Тысячи и одной ночи" - живой, образный, сочный, чуждый обиняков и недомолвок. Речь героев лучших сказок "Ночей" ярко индивидуальна, у каждого из них свой стиль и лексика, характерные для той социальной среды, из которой они вышли.

Сказка - это сокровище, так как она обращена к истокам самых древних мифов и уходит своими корнями в глубокое прошлое. Сказка - это сокровище, так как она дарит надежду на счастливый финал и торжество справедливости.

От самых ранних сборников "Книги тысячи и одной ночи" сохранились лишь одиночные сказки, не входящие в "египетскую" редакцию и представленные в немногих рукописях отдельных томов "ночей" или существующие в виде самостоятельных рассказов, имеющих, однако, - разделение на ночи.

Приглашаем вас совершить удивительное и незабываемое путешествие в мир сказок Востока.

Мы многим обязаны веку Просвещения. Именно тогда сложилась ситуация сосуществования двух типов поэзии: высокая, серьезная, официальная, державная и ерничающая, непечатная, вовсю матерящаяся.

Отрицательное отношение к "Тысячи и одной ночи" реакционно настроенных арабских филологов XIX века печально отразилось на судьбе ее печатных изданий.